ДВИЖЕНИЕ ИМАМА ШАМИЛЯ. ЛИКВИДАЦИЯ КАЗИКУМУХСКОГО ХАНСТВА

 

      Аслан-хан был хитрым и властолюбивым правителем. Получив престол и.) рук русских, внешне проявляя верность к России, он не переставал думать о своей выгоде. Так, уже в начале своего правления он заявил русскому командованию, что в Казикумухском ханстве излишков продовольствия нет и о нецелесообразности в связи с этим содержания в Кумухе большого гарнизона. По просьбе Асланхана генерал Паскевич писал в Москву, что „милость будет августейшего, если щедростью августейшего монарха пересечется дань, наложенная на казикумухский народ, которая вообще нам пользует, а им отяготительно".

      Опираясь на русские штыки, Аслан-хан установил деспотические порядки в Лакии. Недовольство политикой царизма и местных феодалов росло не только среди лакцев, но и у других народов Дагестана. Все это способствовало широкому развитию во всех слоях общества религиозно-теократического учения о мюридизме.

      Из литературных источников известно, что колыбелью мюридизма являлись Казикумухское и Кюринское ханства. Именно здесь проросли первые его корни. Основателем и носителем мюридизма был мулла Магомед Ярагский, взявший на себя роль проповедника нового учения и организатора „священной войны" - газават. Он призывал жителей соседних аулов подняться на газават против неверных, в том числе против наместника русского царя.

      В марте 1824 года главнокомандующий русских войск на Кавказе прибыл в Кубу, где получил сведения о беспорядках в Кюре. Асланхану было предложено положить им конец и отправиться в Касумкент арестовать муллу Магомеда Ярагского. Аслан-хан встретился с муллой, долго выпытывал у него, в чем сущность нового учения. В результате хан не стал его арестовывать. Расстались они дружески.

      Спустя некоторое время, в аул Яраг собрались видные представители Дагестанского духовенства: Кази-малла из Гимри, Джамал-Эддин из Кумуха, Шейх- Шабан из Бохнода, Юсуп из Губдена и др. На этом сходе мулла Магомед изложил программу своего учения. Узнав об этом, генерал Ермолов приказал князю Мадатову схватить зачинщика-муллу.

      Аслан-хан же, получив это известие, послал в Яраг своего человека и посоветовал мулле Магомеду бежать. А чтобы развеять подозрения князя Мадатова, отправил к нему своих нукеров, которые сообщили о бегстве муллы. В 1826 году мулла Магомед вновь из Табасарана вернулся в Яраг. Когда генерал Ермолов вновь, решил его арестовать, Аслан-хан помог мулле бежать в Аварию. Помогал Аслан-хан в дальнейшем и Кази-Магомеду, ученику Магомеда Ярагского.

      Вскоре дагестанским духовенством был провозглашен имамом Кази-Магомед, который с успехом начал распространять новое учение в Аварии, „... где духовенство было сильно и в ряде обществ фактически держало власть в своих руках, где население особенно было религиозно настроено, где отсутствовало русское войско". Ближайшими друзьями и сподвижниками первого имама были Шамиль и Гамзат-бек.

      Кази-Магомед в своей деятельности опирался на Шамиля и Гамзат-бека. Когда позже Гамзат-бек был арестован русскими и отправлен в Тифлис, Аслан-хан, питавший вражду к аварской ханше Паху-Бике, которая нарушила обещание выдать свою дочь за его сына, решил воспользоваться случаем, чтобы использовать Гамзат- бека в борьбе против ханши. С этой целью он обратился к генералу Паскевичу с просьбой отпустить Гамзат-бека на родину, взяв в аманаты его сына Кайхосро.

      С возвращением в Дагестан, Гамзат-бек стал часто посещать Аслан-хана, который... „систематически вливал в его душу жажду мщения, честолюбия, надежду на обладание ханской властью в Аварии". Ожидая удобного случая для этой цели, Гамзат-бек вместе с Кази-Магомедом и Шамилем предприняли ряд удачных походов на Кумыкскую равнину. Воодушевленный народной поддержкой в этой борьбе, Гамзат-бек, со временем став имамом, решается приступить к реализации давно задуманного с Аслан-ханом плана - уничтожения аварского ханского дома.

      В августе 1834 года имам Гамзат-бек с 10-тысячной армией окружил столицу Аварского ханства - Хунзах. В это время Аслан-хан находился со своими войсками на Турчидагских высотах, откуда тайно рассылал письма как Гамзат-беку, так и аварской ханше. Первому советовал истребить всех членов аварского ханского дома, а Паху-Бике - „...не покоряться Гамзат-беку и не принимать от него никаких предложений".

      Поэтому можно сказать, что не без наущения Аслан-хана имам Гамзат-бек расправился после взятия Хунзаха со всеми членами аварского ханского рода.

      В 1834 г. после убийства имама Гамзат-бека в хунзахской мечети, Аслан-хан не замедлил предъявить свои претензии на аварский престол. Для назначения временного хана Аварии русское командование созвало совещание в Гоцатле, на котором участвовали шамхал Тарковский с братом, казикумухский Аслан-хан с сыновьями Нуцал-ханом и Мухамед-Мурзой, мехтулинский Ахмед-хан, аварские и другие дагестанские представители знати. Все владетели Дагестана претендовали на ханский престол в Аварии.

      Однако только коварный и тщеславный Аслан-хан получил на совещании поддержку русского начальства и стал аварским ханом. Номинальным же правителем Аварии был утвержден его племянник Гаджи-Яхья, „...отличившийся своей приверженностью к мюридизму". Это было время, когда освободительное движение горцев возглавил имам Шамиль, „... соединивший в себе редкие дарования воина и администратора".

      Имам Шамиль постоянно поддерживал связи с влиятельными лицами Казикумуха и всячески настраивал жителей против кумухского царского гарнизона. Учителем и ближайшим советником имама Шамиля после лишившегося зрения Магомеда Ярагского становится шейх Джамалуддин Казикумухский, популярность которого тогда была в Дагестане очень большой.

      В предисловии к рукописному сочинению шейха Джамалуддина о тарикате его сын Абдурахман пишет, что отец служил у Аслан-хана в качестве письмоводителя. Но когда Джамалуддин посетил муллу Магомеда Ярагского, он начал проповедовать тарикат. Слава Джамалуддина, как проповедника, быстро распространилась по всему Дагестану. Джамалуддин особенно стал известным, когда написал книгу об учении тарикат и адабиль-марзия, которую перевел на русский язык его сын Абдурахман.

      Слухи о распространении Джамалуддином тариката и мюридизма в Лакии привели к тому, что Аслан-хан начал его преследовать. Опасаясь за свою жизнь, Джамалуддин удалился в Цудахар, где оставался до смерти Аслан-хана. Потом возвратился в Кумух и находился там, пока Шамиль не стал имамом. „Тогда отец мой, - пишет Абдурахман, - переселился на жительство к нему".

      После смерти Аслан-хана в 1836 г. его старший сын Нуцал-хан, будучи ревностным сторонником России, на место Гаджи-Яхьи назначил правителем Аварии своего брата Магомед-Мирзу. Когда же вскоре Нуцал-хан умер и Магомед-Мирза стал ханом казикумухским, по настоятельным просьбам аварцев их правителем был вновь назначен Гаджи-Яхья, сторонник имама Шамиля. В 1838 году умирает и Магомед- Мирза-хан. Правителем Казикумух,а была назначена жена Аслан-хана Умму - Гульсум- бика. С этого времени между представителями лакской ханской фамилии начались ожесточенные раздоры за Казикумухский престол. На это место одновременно претендовали Гарун бек, Абдурахман-бек, племянник Аслан-хана Гаджи-Яхья.

      Имам Шамиль понимал сложившуюся обстановку в Кумухе и стремился увеличить там своих сторонников. В русском документе того времени говорится, что „... суеверный фанатизм и внутренняя ненависть к России ханской фамилии и многих жителей Казикумуха и Кюринского ханства, подстрекаемых Гаджи-Яхьею, и чистолюбие управляющих временно этим ханством - Махмуд-бека и Гарун-бека, домогавшихся быть настоящими владетелями, вовлекли всех постепенно в теснейшие связи с Шамилем, в особенности с осени прошлого года (1841). Кибит-Магома Тилитлинский, сосед Казикумуха, принял сторону Шамиля и занял лежащую близ этого ханства гору Гуниб, которая вместе с селом Тилитли служила с того времени сборным пунктом приверженцев Шамиля в Дагестане. Тогда казикумухцы скрытно стали помогать Шамилю, а при занятии Кибит-Магомою Гергебиля в войске его находились до 300 казикумухцев.

      Следует отметить, что сотни лакцев были не только мюридами Шамиля. В разное время наибами в армии имама служили Бук Багомед и одноглазый Магомед- Эфенди Эфендиев из аула Гуйми.

      Обстановка в Кумухе благоприятствовала Шамилю и тем, что ханша Умму- Гюльсум-бика, поручив управление ханством племяннику Махмуд-беку, смотрела сквозь пальцы на усиливающееся влияние на лакцев событий в Аварии. Характеризуя состояние Казикумухского ханства в это время, Прушановский пишет: „... Несмотря на многократное запрещение наше, казикумухцы постоянно производили торг по всем покорным Шамилю землям; из них до 80 торговцев имели охранные листы от имама. Махмуд-бек, помощник ханши-правительницы, знал это и не запрещал. Напротив того, он сам был в сношениях с Шамилем, а последний, как известно, всегда удовлетворял его просьбы, и если кто-то был ограблен мюридами, то достаточно было обратиться к Махмуд-беку, и потерянное было всегда возвращаемо. Кюринцы также были в частых сношениях с мюридами: свинец, хлеб, тулупы, одежда и часто деньги доставались им без ведома их правителя, который показывал, что делает это будто бы из одного желания помочь брату своему Гаджи-Яхье, постоянному мюриду Шамиля, впрочем, тут более всего участвовал и руководил поступками Гарун-бек с целью вовлечь правителя кюринского в дело дагестанских мусульман: этого требовала политика шейха Джамалу-Эддина", этого, можно сказать, невидимого советника и руководителя Шамиля".

      В этой обстановке имам Шамиль в марте 1843 года двинулся в Казикумух и занял беспрепятственно аул. Бухти. Дальше послал Гаджи-Яхью для овладения соседними казикумухскими аулами и „... все селения, находившиеся к северу от Кумуха. Охотно приняли Гаджи-Яхью, а жители присоединились к отрядам Шамиля".

      Командир русского гарнизона в Кумухе полковник Снаксаров не смог оказать особого сопротивления, и 24 марта Шамиль, при активной поддержке жителей, овладел Кумухом. Пребывание в Лакии Шамиль использовал, чтобы освободить от райятской зависимости крестьян аулов Арчи, Кучур, Шали, Мукар, Ури, Камахи, Бухти. Наибом Кумуха был назначен Гаджи-Яхья. Однако вскоре в Казикумух была направлена русская армия под командованием князя Аргутинского. 12 мая Кумух был оставлен мюридами. Узнав о поражении отрядов Гаджи-Яхьи, Шамиль лично двинулся на Кумух.

      25 мая имам Шамиль с 5000 отрядом занял аул Унчукатль. Чтобы воспрепятствовать продвижению царских войск через Рича и Хосрех на Кумух, Шамиль захватил и Кули „... куда стали вскоре собираться и казикумухцы".

      Однако, вскоре к Кули подошла основная часть русских войск под командованием Аргутинского. В начавшемся сражении мюриды потерпели поражение и вынуждены были отступить в Аварию „... через Дучи, Вильтащинское ущелье, Убра, жители которых беспрепятственно пропустили мюридов". Аргутинский оккупировал Кумух и лакским ханом назначил племянника Аслан-хана Абдурахман-бека, поручив регенство ханше Умме-Гюльсум-бике.

      В 1844 г. Шамиль попытался освободить Кумух из-под власти русских. Его мюриды заняли аулы Убра, Нивцавкра, Дучи, Тулизма, Кулушац и Чуртах. Но вскоре вынуждены были отступить. Однако появление шамилевских мюридов привело к росту сторонников имама Шамиля в Казикумухском ханстве. 21 июня 1844 г. генерал Нейдгард доносил князю Чернышеву, что „... войска ему вверенные поразили... горцев, пробиравшихся до 8 тысяч человек и состоящих из сюргинцев, усиленных жителями деревень Казикумухского ханства".

      В сентябре 1847 г. управление Казикумухским ханством перешло к ротмистру царской армии Агалар-беку, одному из представителей ханской фамилии. Одновременно русская администрация стремилась все больше ограничить власть лакских ханов, ликвидировать их политическую и экономическую самостоятельность. Вместе с тем наместники царя стремились подарками и чинами привлечь на свою сторону беков и сельских старшин. Так, в письме князя Аргутинского царю говорится: „... Я всегда, конечно, был того мнения, что гораздо полезнее отдавать деревни бекам, этим влиятельным лицам в мусульманском народонаселении края, потому что, связывая таким образом их собственные выгоды с выгодами правительства, мы приобретем в них таких приверженцев которые сохранят нам тишину и покорность в своих деревнях".

      Популярность имама Шамиля в Дагестане была огромна. Поэтому многие правители горцев на случай положительного исхода войны имама с русскими составляли для себя лазейки, поддерживая тайные связи с Шамилем. „... Воспитанный в духе того времени, - пишет С. Габиев, Аглар-хан был необуздан своих поступках и не подчинялся обычаям своей родины... Но в чем он оставался верным себе, так это в последовательном и постоянном содействии Шамилю".

      Неудовлетворенное честолюбие, требовавшее неограниченной власти, не переставало волновать Аглар-хана. Просить русского царя об этом он не решался. Но сам всячески старался оказать свою власть к другим. И все сходило ему безнаказанно. Царский наместник боялся перехода Аглар-хана на сторону Шамиля. Хотя Аглар-хан оказывал помощь русским по первому их требованию, он не забывал и о тайной поддержке движения мама. Известно, что Аслан-хан часто выручал Шамиля при трудных обстоятельствах. Под Закаталами, не зная об установленной русскими засаде, имам рано утром решил спуститься в долину со своими мюридами, чтобы дать там бой. Предчувствуя катастрофу, Аглар-хан ночью предупредил Шамиля о засаде, а своим сотням приказал стрелять по мюридам только холостыми патронами.

      Зная об отношениях Аглар-хана, Шамиль не упускал возможности подчеркнуть, что Казикумух входит в состав имамата, поэтому в 1847 г. имам обратился к лакцам с воззванием, где говорилось: „... От властелина правоверных Шамиля повеление казикумухцам: Клянусь всем вам, я предваряю, что настало время, в которое вы должны чувства души вашей обратить к богу, жертвовать жизнью и восстать против врагов божьих, если ы веруете в Аллаха и его пророка; иначе оставьте край ислама перейдите в земли неверных, ибо земной шар обширен. Знайте что я не буду щадить кровь и состояние ваше и направлю на вас своих наибов, потому что вы есть помощники, путеводители и крылья неверных, и охранители путей, и врага правоверных, открывая вам сие, представляю на волю каждого быть правоверным или неверным. Да оповестит ведающий о сем не ведающему".

      В 1850 г. имам Шамиль вновь попытался овладеть Кумухом с этой целью из Чоха был послан небольшой отряд мюридов в Камаша для разведки сил русских. Однако русский гарнизон в Кумухе был усилен. Мюриды не решились захватить его.

      В 1856 г. русское командование подтянуло к границам Казикумухского ханства и Аварии огромную армию. После покорения Чечни в 1858 году началось наступление на последнее пристанище Шамиля - Гуниб. Под давлением превосходящих сил 27 августа 1859 года имам Шамиль вынужден был сдаться в плен князю А. И. Баратинскому.

      Закончив с покорением Дагестана, царское правительство после смерти Аглар- хана официально ликвидировало Казикумухское ханство, все ханские земли были распределены между 23 семействами ханского дома, а управление Казикумухским округом было поручено русскому штабс-офицеру.

      В 1860 г. царское правительство издало „Положение об управлении Дагестанской областью и Закатальским округом", в котором подтверждалась ликвидация Казикумухского ханства и образование Казикумухского округа. Начальник округа теперь стал решать все вопросы гражданских и уголовных дел в Лакии.

      Исходя из этого положения, 15 сентября 1860 г. Казикумухский округ был разделен на 4 наибства: Кумухское, Вицхинское, Мукарское, Аштикулинское. При этом в Кумухское наибство входили: Бухцанах, Туванихалу (отселки), Ханаджи, Табахлу, Вильтах, Хури, Хурукра, Шара, Тоьхчар, Хуржи, Хунхъ, Цушар, Гамиях, Кацран, Джафар-Махи, Бурши, Чаравалу, Хулисма, Халаки, Чуртах, Тулизма, Шовкра, Говкра, Чуши, Читур, Кулушац.

      Соответственно в Вицхинское наибство входили: Унчукатль, Камаша, Багекла, Кума, Куркли, Турчи, Чукна, Куба, Кара, Кунди, Шахьува, Гьайми, Шуши, Ахар, Вираты, Куци, Иниша, Арчуты, Къани, Кукни.

      В Мукарское наибство входили: Ури, Хъурхъи, Камахъал, Бухты, Шанги, Палисма, Шитли, Кигьерчи, Мукар, Хуты, Ханар, Буритти, Варай, Убра, Ницовкра, Марки, Дучи, Кутра, Арчи, Шали, Чита, Дусрек, Косрода, Мугра, Чаори, Чиляйми, Кучра.

      В Аштикулинское наибство входили: Чирах, Буркихан, Амукъ, Анклух, Цирха, Хадуц, Санджи, Кунки, Хосрех, Кули, Сумбатль, Цокра, Вачи, Кая; отселки - Уллауртти, Тукат, Чахат, Барних, Лукичунухъ, Ялуки, Чурнухъ, Шарав-Махи, Тикра, Хойми, Сухьи, Хойхъи, Цыша.

      В июле 1860 г. царская администрация разослала инструкции для начальников округов Дагестана, в которых были разработаны права и обязанности военных и окружных начальников и наибов; временные правила о порядке разбора дел в судах о порядке выбора депутатов и кадиев в эти суды; инструкции об отношениях военных начальников, отделов к Окружным управлениям.

      Наибства возглавляли наибы, назначенные из числа местной знати, известной своей преданностью русской администрации и знанием языка, нравов и обычаев лакского населения.

      26 апреля 1868 года было утверждено Положение о сельских обществах Дагестанской области, которое утвердило состав сельского управления: сельский сход, старшина, кадий, сельский суд. К участию в сходе допускалось только по одному старшему члену от каждого семейства. Сельский сход созывался старшиною, наибом и другими начальствующими лицами. Согласно этому Положению в ведении сельского схода находились выборы сельских должностных лиц, решение о приеме и "удалений членов общества, должностных лиц, наблюдение за правильным расходованием заката и всех пожертвований в пользу мечети, распределение общественных земель, назначение казенных податей и повинностей, призрение круглых сирот, бедных, престарелых, дряхлых, увечных членов общества и нетрудоспособных.

      В последующие годы беки и другие лакские владетели назначались наибами, занимали другие руководящие посты в окружном управлении. Фактически в их руках по-прежнему оставалось сельское управление. Что касается мусульманского духовенства, то с окончанием войны с Шамилем царизм стремился всячески ограничить его политическую и экономическую власть на местах, оставив им выполнение чисто религиозных функций.

      В Казикумухе число представителей бекского сословия и старшин, причисленных к сословию дворянства, во второй половине XIX века составляло более 820 человек. Царское правительство возводило людей этого сословия в чины потомственного русского дворянства, сохраняло в их руках земли и пастбища. Таким образом, русская администрация в своей так называемой военно-народной системе управления Казикумухским ханством опиралась на бекско-старшинское сословие.

      Одним из прогрессивных мероприятий в Лакии стала отмена работорговли. Русская администрация освободила ряд лакских селений от рабской зависимости и запретила работорговлю. В связи с этим число рабов в Казикумухском округе резко сократилось. А в 1865 году царское правительство приступило к окончательной ликвидации рабства в Дагестане. Специальным распоряжением была запрещена торговля рабами на всех местных торговых рынках.

      В 1867 году в Казикумухском округе было, в основном, закончено освобождение рабов путем выкупа на основании „полюбовного" соглашения владельцев с рабами. Выкупная стоимость рабов определялась следующим образом: для взрослого раба -от 100 до 180 руб.; для рабыни - 100 рублей; для несовершеннолетних обоего пола - от 50 до 100 рублей. Кто не мог платить выкупную сумму, должен был отработать ее стоимость рабовладельцу. Русская администрация приписывала рабов к сельским обществам по месту жительства, снабдив их специальными свидетельствами об освобождении. В целях оказания им помощи в течение 8 лет бывшие рабы освобождались от государственных налогов, а также им выделялась определенная денежная сумма.

      Следующим положительным актом царского правительства в Лакии была отмена райятской зависимости. Процесс этот не являлся единовременным актом. Часть райятских селений была освобождена еще в период правления Аглар-хана. Однако все же подавляющее большинство лакских райятских селений продолжало оставаться в зависимом положении от потомков кумухского ханского дома. С развитием в Дагестане товарно-денежных отношений местные феодалы, заинтересованные в увеличении своих доходов, усиливают эксплуатацию райятского сословия. Так, кумухские беки, используя свои права и привилегии, широко применяли методы самовольного захвата общинных земель в райятских селах. Все это вызывало аппеляции крестьян к органам царской администрации.

      Еще в 1864 году жители райятских селений: Хорсех, Чарах, Ашты, Кумки, Олюк, Худуц, Аплук, Цырха, Санджи, Пара, Тюхчар, Гамиях, Коцран, Хурхи, Тулезма, Хулесма, Арчи, Шали, Халаки обратились с прошением об освобождении их от податей и повинностей в пользу беков. В 1885 году жители селений Шали, Лал, Куцри, Хулисма, Куми, Куркли, Ханар, Цуки вновь просили русскую администрацию освободить их от непомерных податей и повинностей.

      Видя растущее недовольство среди лакского крестьянства, царская администрация решила пойти на их освобождение. С этой целью была учреждена сословно-поземельная комиссия для определения прав зависимых сословий. Одновременно решение этого вопроса было предоставлено представителям бекскоханских фамилий, которые умышленно затягивали это дело под любым предлогом. В результате лакское крестьянство, как и жители Дагестана, испытывало двойной гнет - как со стороны местной знати, так и от царской администрации. В первом случае жители должны были отрабатывать многие повинности и нести натуральную дань, а во втором - платить царю непомерные налоги.

Содержание