ОН ЧИНИЛ ЧАСЫ
Самеду Вургуну, Расулу Рзе, маршалу Бирюзову, Мир-Джафару Багирову...

      Да кто только не приносил за 60 лет ремонтировать часы старейшему бакинскому часовщику Исмаилу Гасанову - писатели, ученые, артисты, военные чины, художники, учащиеся, домохозяйки! Часы самых разных марок и элитных зарубежных фирм - карманные, ручные, настенные, напольные - на гирях, позолоченные бронзового литья с крылатыми амурами по бокам корпуса, автомобильные, корабельные, электрические, уличные, электронно-кварцевые...

      В 1970 году Исмаил дай по просьбе дирекции Дагестанского краеведческого музея специально ездил в Махачкалу ремонтировать уникальный экспонат. Скорее всего конфискованные во время революции, старинные напольные гиревые часы фирмы "Густав Беккер" каждые 15 минут и ровно в 12 ночи исполняли гимн: "Боже, царя храни...".

      Ему посчастливилось восстанавливать не менее древние часы с вензелями французского императора Наполеона, русских царей Александра III, Николая II... К примеру, карманные золотые часы XVIII - XIX веков с крышками, обсыпанными алмазами, с горельефным ликом льва, держащим в пасти бриллиант в целый карат, серебряные карманные "Омеги", имевшие пять медалей, в том числе Гран-при Всемирной выставки в Париже в 1900 году.

      У меня целый список получился только одних названий часов, которым вторую "жизнь" в разные времена дарил Исмаил Камилевич: "Фавор", "Зенит", "Лонжин", "Буре", "Патек Филлип", "Ориен", "Сейко", "Полет", "Победа", "Дох", дамские "Звезда", за которыми, помнится, по утрам в очередь записывались на аллеях бакинского бульвара, "Командирские"... и великое множество других.

      Но часы - как механические, так и электронно-кварцевые даже швейцарских, японских, германских и других фирм - имеют свойство "замирать": в них лопаются заводные пружины, в маятниках трескаются камни, в гнездах осей колес высыхает, масло, замыкают микросхемы, перегорают катушки...

      Вот и приходится относить их на ремонт. И не было случая, чтобы Исмаил-даи не приводил бы их в порядок, даже изрядно попорченные временем. "Если только через них автобус не переезжал", - шутит Гасанов. Я обратил внимание: в то время как многие часовщики заманивают клиентов, к нему в мастерскую в очереди стоят. Вместе со своим коллегой, часовщиком Надиром Алиевым, в 60-е годы Исмаил Гасанов обслуживал знаменитые, с тремя циферблатами, часы, висевшие на здании Музея Низами - на стыке улиц Джапаридзе (сейчас М.Э.Расулзаде) и Коммунистическая (сейчас Истиглалийят). Старшее поколение бакинцев, вероятно, помнит их: под ними вечерами свидания назначали влюбленные. Эти уникальные, единственные в своем роде часы в бывшем Союзе, к слову, швейцарской фирмы "Борель" специально для Баку были изготовлены в 1850 году и безотказно служили городу до 70-х годов, пока не закапризничал директор музея. Дело в том, что в его кабинете стоял специальный "шкаф" с маятником и гиревым ходом внутри, через стену осью связанным с циферблатами.

      - Директору, видите ли, надоело каждую неделю в кабинет свой пускать мастеров для профилактического осмотра. Пожаловался кому-то, что мешает работать музею, и часов, которые отсчитывали точное время еще в пору, когда в здании музея находилась гостиница "Метрополь", не стало. Куда они подевались, неизвестно.

      Часы, когда-то являвшиеся дорогими и очень модными аксессуарами состоятельных людей, сегодня стали атрибутами повседневного нашего бытия. Но для Гасанова часы - еще одна из счастливых редких возможностей и для знакомства, общения...

      - В 1946 году мне довелось ремонтировать карманные часы XIX века "Баккер" с годовым заводом, принадлежавшие Сейджафару Пишевари, одному из руководителей революционного движения в Южном Азербайджане. Для этого я несколько раз приезжал к нему на службу - в двухэтажный особняк неподалеку от Кемюрчу мейданы. Пишевари, любезный очень, предупредительный человек средних лет, сам любил поковыряться в часах, но во многих случаях при этом он какие-то детали в них ломал. Так случилось и на этот раз: при сборке "ремонтируемого" им механизма сломал анкерное колесо с вилкой. Вы бы только видели радость в глазах Пишевари, когда они, наконец, пошли. Для этого мне пришлось выточить новое колесо и выпилить анкерную вилку.

      Ко мне не раз за выручкой обращался и первый президент нашей академии профессор Мирасадулла Мир-Касимов. Он любил приобретать старые, испорченные часы и в досуг разбирать их - такое уж хобби у него было. Но часто, как и Пишевари, что-то в них ломал, терял винтики. Тогда посылал за мной своего шофера, и мы у него на квартире, если не ошибаюсь, в доме "Монолит" по бывшей Коммунистической улице, под лупами "колдовали" над механизмом. Помнится, однажды вдвоем мы восстановили карманные золотые часы с хронометром, которым он затем проверил мой пульс.

      Несколько раз довелось мне видеться и с Самедом Вургуном, который тоже любил, чтобы вышедшие из строя часы, часто во время охоты, я ремонтировал у него дома. Усаживал меня за свой огромный письменный стол, сам со стаканом чая в руках располагался рядом. Был очень радушен, гостеприимен, доступен, старался угостить чем только мог. Но очень сердился, когда я отказывался брать деньги за выполненную работу...

      Ко мне часто по поводу ремонта часов обращался и другой великий наш поэт - Расул Рза, который жил напротив моей мастерской, через улицу. И не припомню случая, чтобы он, проходя мимо, не заглянул бы на минуту-другую ко мне, чтобы расспросить про житье-бытье. И сын его, писатель Анар, по сей день, когда необходимо, пользуется моими услугами. В 50-х годах два или три раза для ремонта привозили ручные часы Мир-Джафара Багирова, тогдашнего руководителя республики. И всегда, помнится, с одним и тем же недугом - перекрученной заводной пружиной. Видать, человеком нервным был их хозяин, запальчивым. А однажды, где-то в летние месяцы 1954 года, ко мне в мастерскую зашел бравый подполковник - адъютант заместителя тогдашнего командующего ПВО страны, генерала Сергея Бирюзова, будущего маршала Советского Союза и начальника Генерального штаба Вооруженных Сил СССР. Оказывается, в Баку у него от удара выпало и разбилось стекло циферблата ручных часов. Так как запасных стекол у меня не оказалось, пришлось вытачивать стекло, а заодно выпрямлять ось баланса. В Баку генерал остановился в скромной офицерской гостинице на верхних этажах огромного дома №81 по улице Низами. Это совсем не далеко от моей мастерской.

      Люди по-разному выбирают себе дороги, у некоторых выбор бывает случайностью, к которой потом привыкают. А других ведет мечта, требовательная, неумолимая. Исмаил Гасанов с детства мечтал стать часовщиком и стал им. Но для этого ему во многих "точках"-мастерских пришлось трудиться: на улице Басина (сейчас ул.Физули), около Сабунчинского вокзала, затем на Телефонной улице (сейчас ул.28 Мая), на Кривой улице (сейчас площадь Фонтанов) - недалеко от одноэтажного дома, где до революции жил и работал знаменитый бакинский часовщик Фукс. С 1950 года мастерская Исмаила находится на бакинском "Арбате" - напротив бывшего "Книжного пассажа". Но где бы в учениках ни ходил и уже опытным мастером ни творил Гасанов, он никогда не забывает дружную артель бакинских часовщиков "Эйнекчи-саатсаз", в сборочном цехе которой на улице Мариинской (сейчас ул.Расула Рзы) он в 1940 году учился собирать карманные часы Кировского завода и ЗИМа - первые советские часы...

      И с благодарностью всегда вспоминает своего наставника - Самуила Михайловича Витензона, часовщика высочайшего класса, до октябрьского переворота в течение 27 лет работавшего цеховым мастером в петербургской мастерской Павла Буре, поставщика императорского двора.

      Сегодня, хотя с запчастями полегчало, классных часовщиков от этого больше не стало. У молодых нет своей школы, никто с ними толком не занимается. Да и последние не очень-то спешат стать часовщиками. Обесценилась очень, из былой моды вышла наша профессия. Как огорчился бы этому старый мастер Витензон...

Фаик ЗАКИЕВ.
На снимке: часовых дел мастер Исмаил Гасанов.
"Бакинский рабочий" 28 апреля 2001 года №80 (24010)